Мы поговорили со
Светланой Гафаровой — президентом Национальной ассоциации водоснабжения и водоотведения, членом Экспертного совета по строительству при Комитете Госдумы по строительству и ЖКХ, членом Попечительского совета НИУ МГСУ — о том, что сегодня на самом деле происходит в отрасли водоснабжения и водоотведения.
В центре разговора — кадровый дефицит, износ инфраструктуры, модернизация очистных сооружений, импортозамещение, цифровизация и тот разрыв, который всё чаще возникает между новыми технологиями и реальной готовностью работать с ними на местах. Почему даже современные очистные не всегда дают нужный результат, чего отрасли не хватает больше всего и какие решения уже назрели — в полном тексте интервью.
Вопрос 1:Светлана Анатольевна, ваша ассоциация объединяет водоканалы, проектные институты и компании-поставщики. Какие проблемы сегодня беспокоят членов НАВВ больше всего?
Ответ:
Знаете, если честно, то кадры. Это сейчас самая острая боль.
На Международном форуме «Экология» в 2025 году заместитель директора департамента Минстроя Марсель Гиниятуллин очень точно сказал: «У нас осталось минимум специалистов в области водоподготовки и водоочистки. На местах это настоящая боль, поскольку есть построенные красивые очистные сооружения, но очистки нет».
Причем нет не только рабочих специальностей. Нет инженеров, которые умеют проектировать современные энергоэффективные технологии. Нет технологов, способных наладить новое оборудование. Нет экологов, понимающих новые требования к очистке сточных вод.
Я эту мысль повторяю везде, где выступаю. Можно построить современнейший объект, поставить мембранные фильтры, системы ультрафиолетового обеззараживания — а работать на этом некому. Вузы готовят по 20 человек в год по профильным специальностям, из них в профессию идут 5 . А старые кадры уходят. Вот вам и «очистки нет».
В НИУ МГСУ, Университете Минстроя сейчас пересматриваются подходы, вводятся программы ДПО. Но я вижу огромный спрос на короткие, интенсивные, практические курсы.
Вторая проблема — износ инфраструктуры. Большая часть очистных сооружений строилась в 70-80-е годы прошлого века. Они физически и морально устарели. В Ленинградской области, например, объем финансирования, необходимый для решения проблемы, оценивают в 50-70 миллиардов рублей.
Третье — законодательные барьеры. Мы работаем над их устранением с федеральными органами власти, но процесс идет медленно.
Вопрос 2:Вы сказали, что очистные есть, а очистки нет. Давайте разовьем эту тему. В чем именно проблема с кадрами?
Ответ:
Проблема системная и многослойная. Инфраструктура есть, эксплуатации нет.
Во-первых, нет преемственности. Опытные технологи уходят на пенсию, а молодым не передают знания, потому что их просто нет. Или они приходят, но быстро уходят — зарплаты не те, условия тяжелые. Необходима возрождать школу наставничества.
Во-вторых, устаревшие компетенции. Те, кто еще работает, часто не знают современных технологий. Они привыкли к хлорированию, а сегодня это уже вчерашний день. Сейчас переходят на безопасный гипохлорит натрия, который получают из обычной пищевой соли с помощью электролизеров.
В-третьих, образовательные программы оторваны от реальности. Я, как член Попечительского совета НИУ МГСУ, вижу это изнутри. Теоретическая база есть, а практических навыков — нет. Выпускник не знает, как настроить мембранную установку или рассчитать дозу реагента для конкретной воды.
Вот представьте: приходит молодой инженер на очистные. А там — автоматика, частотные преобразователи, системы удаленного контроля. Он этого в вузе не проходил. И что он может? Только кнопки нажимать. А за качество воды отвечает.
Вопрос 3:А что с технологиями? Какие современные решения вы бы назвали наиболее эффективными для модернизации?
Ответ:
Я всегда разделяю два случая: новые районы и старая застройка. Это принципиально разные подходы.
Для новых микрорайонов всё проще — там можно закладывать современные решения с нуля. Комплексное развитие территорий позволяет сразу просчитать предельные нагрузки, возможные критические ситуации, подобрать оптимальные технологии.
Для старой застройки — сложнее. Не везде можно копать и менять трубы. Поэтому применяем санацию, технологию «труба в трубе», спиральная навивка. Это наиболее эффективный и недорогой ремонт трубопроводов с минимальными техническими сложностями. Да, диаметр старой трубы уменьшается, но гидравлическая пропускная способность повышается .
Что касается водоподготовки, то здесь лучшие результаты дают мембранные фильтры и обратный осмос. С их помощью решается проблема переизбытка хлора, железистых соединений, повышенной жесткости, наличия в воде биологических форм жизни.
И конечно, ультрафиолетовое обеззараживание. Мосводоканал, например, обеспечил 100%-ное УФ-обеззараживание всей возвращаемой в природу воды, полностью исключил неприятные запахи и повысил комфорт жителей прилегающих территорий .
Вопрос 4:Как обстоят дела с импортозамещением? Уход западных компаний сильно ударил по отрасли?
Ответ:
Знаете, я скажу неожиданную вещь. Уход западных компаний вкупе с санкциями не только ударил, но и помог.
Парадокс, но это факт. Отечественные производители получили импульс к развитию. Стали быстрее создавать собственные сервисные сети, повышать качество обслуживания. Раньше на рынке доминировали Siemens, Grundfos, другие бренды. Сейчас им на смену приходят российские аналоги — и ничего, работают.
Но проблема в другом. Тех, кто умеет обслуживать новое отечественное оборудование, — единицы. Переучивать персонал приходится с нуля. И это опять возвращает нас к кадровому вопросу и новым программам ДПО.
Вопрос 5:Какие направления модернизации НАВВ считает приоритетными?
Ответ:
Первое — это малые и средние населенные пункты. У них ситуация с очисткой сточных вод катастрофическая. Нет централизованных систем водоотведения, водные объекты либо не зарегистрированы в водном реестре, либо имеют статус «особо охраняемые природные территории» — и сбрасывать туда что-либо нельзя .
Мы недавно в Татарстане обсуждали эту проблему с Фондом пространственных данных. Создали рабочую группу, будем искать решения.
Второе — энергоэффективные технологии. Это не только экономия ресурсов, но и снижение нагрузки на экологию. Безотходные технологии, позволяющие производить вторичные продукты — песок из песколовок идет на строительные материалы, биогаз используется в энергетике.
Третье — цифровизация. Системы автоматического контроля качества воды, удаленный мониторинг параметров, построение цифровых двойников. Это не футуризм, это реальность, которая уже внедряется.
Вопрос 6:Светлана Анатольевна, вы много ездите по регионам. Что вы видите? Где ситуация лучше, где хуже?
Ответ:
Москва, Санкт-Петербург, Московская область, Татарстанв несколько лучшем положении, чем многие другие регионы. Проведена достаточно большая работа в области водоподготовки и водоотведения.
Благодаря федеральным программам в регионах много делается для улучшения ситуации. Есть проблемы, конечно. Особенно в сельской местности. Так, проблема водоотведения касается и селитебных территорий, и промышленных площадок, и сельхозпредприятий, и автомобильных дорог. А ресурсов нет.
Но я всегда говорю: мы в НАВВ созданы как единая коммуникационная площадка. Чтобы государственные структуры, органы исполнительной власти, бизнес, эксперты и наука могли собраться и обсудить проблемы. И найти решения.
Мы не можем принять закон или выделить деньги — это не наша функция. Но мы можем соединить тех, кто знает, с теми, кто может. И это, поверьте, уже много.
Вопрос 7:Что бы вы пожелали нашим подписчикам?
Ответ:
Я бы пожелала одного — не равнодушничать. Отрасль водоснабжения и водоотведения — это не про трубы и насосы. Это про здоровье людей и экологию.Если вы руководитель водоканала — инвестируйте в людей. Без квалифицированных кадров любое оборудование станет металлоломом.
Если вы проектировщик — учитесь новому. Технологии не стоят на месте, и тот, кто не развивается, отстает.
Если вы чиновник — услышьте отрасль. Не принимайте решений, не посоветовавшись с теми, кто работает на земле.
А мы в НАВВ всегда открыты для диалога. Приезжайте, звоните, пишите. Будем вместе решать проблемы.
